Семинар по общим вопросам. Стенограмма-2

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Мы тут обещали поговорить о редактуре. Как сокращать лишние слова? Где ляп, там видно, а где словесный мусор? Вот я взял из романа Шульги фрагментик. На слух редактура воспринимается трудно, но я постараюсь детали подчеркивать, чтоб вы без экрана перед глазами это все-таки видели.

Вначале читаю абзац, как он есть:

«Влад был его сокурсником и лучшим другом. Коренной киевлянин в четвертом поколении из типичной семьи среднего класса, немного безалаберный и шебутной, но не злой, умный и по-своему целеустремленный. По правде сказать, его целеустремленность отличалась от Костиной. Костя был «регионалом», приехавшим завоевывать место под городским солнцем, причем без связей, денег и особой поддержки. Достаточно обширные связи отца и деда по материнской линии давали Владу повод особо не думать о том, что будет после выпуска. Место в хорошей фирме уже, наверняка, грелось. Тем не  менее, он неплохо учился и тоже иногда работал на заказ. Он не боролся за жизнь в большом городе, но имел массу идей, которые хотел претворить в жизнь. Половина из них была неосуществима в принципе, а из оставшейся половины до ума доводилась, в лучшем случае, треть».

Казалось бы, гладко все, правда?

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Фразы не корявые, несогласований слов вроде нет. Нормально.

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

Я уже вижу, где можно вырезать…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Вот как хорошо! Значит, интонациями я чуть-чуть намекнул.

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

Про «обширные связи» можно было не упоминать… «По материнской линии» — это тоже лишнее.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Уже ближе, но там еще есть.

Итак, смотрим:

«Влад был его сокурсником и лучшим другом». Нормально.

 

ПАВЕЛ БЕЛОВ

Но он ведь и сейчас сокурсник…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Там весь текст идет в прошедшем времени. Иначе возникнет диссонанс.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Коренной киевлянин в четвертом поколении…»

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

Если из четвертого поколения – значит уже коренной…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Совершенно верно! Да еще «…из типичной семьи среднего класса»

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Соответственно, слово «коренной» — лишнее.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Значит, «семья среднего класса» — ушла, слово «коренной» — исчезло.

«…немного безалаберный и шебутной…»

Слово «немного» — лишнее. Правильно? Вычеркиваем.

«…но не злой, умный и по-своему целеустремленный».

А при чем тут «но»? Понимаете? Шебутной, но не злой – нет противопоставительных позиций. «Шебутной» и «злой» не являются противоположностями!

Тогда: «…безалаберный и шебутной, не злой, умный и по-своему целеустремленный». Казалось бы, «по-своему» можно было бы вычеркнуть, но лучше не надо.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Потому что это оттенок дает.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Целеустремленный, но не вполне, по-своему.

«По правде сказать, его целеустремленность отличалась от Костиной».

 

НИНА ЦЮРУПА

Уже было «по-своему», и тут «по правде»…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«По правде» вычеркиваем.

«По-свому целеустремленный. Его целеустремленность отличалась от Костиной». Дальше:

«Костя был «регионалом»…» Я бы написал «провинциалом», и убрал кавычки.

«…приехавшим завоевывать место под городским солнцем». Именно под городским солнцем? Я бы написал «Под столичным солнцем»…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Это Киев – все-таки столица…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Костя приехал не из города?

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

Из города. Небольшого.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Но «городское солнце» не характеризует — большой город или маленький!

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

«Под столичным» — это даже усиление. Звучит сильнее, чем «под городским».

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«…приехал зарабатывать место под столичным солнцем, причем без связей, денег и особой поддержки».

Слово «причем» абсолютно не нужно.

«…приехал зарабатывать место под столичным солнцем без связей, денег и поддержки». «Особой» – не надо. Тут даже «без связей, денег и протекции» скорее…

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

«Протекцию» может не понять незамутненный читатель…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Да незамутненный читатель половины вашего текста не поймет!

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Но, если честно, я бы «поддержку» вообще вычеркнул. Почему? «Связей и денег»: связи – это и есть поддержка.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Если связей нет, то и поддержки нет.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Достаточно обширные связи отца и деда по материнской линии…»

Слово «достаточно» — лишнее. Связи только что были… Значит – «обширные знакомства отца и деда», а по материнской или по отцовской линии – не важно…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Они ж там потом не фигурируют, отец и дед. Поэтому не важно, по какой линии.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Обширные знакомства отца и деда давали Владу повод особо не думать о том, что будет после выпуска». «Особо» – не надо. Тем более эти «особо» мы уже вычеркивали.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

И «о том» можно убрать: «не думать, что будет после выпуска».

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Место в хорошей фирме уже, наверняка, грелось».

Слово «наверняка» — лишнее.

«Тем не  менее, он неплохо учился…»

«Тем не менее» — не нужно.

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

«Тоже», наверное, можно тоже убрать.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Он неплохо учился и иногда работал на заказ. Он не боролся за жизнь в большом городе, но имел массу идей…»

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

Тут «но» тоже убрать?

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Он не боролся, но имел массу идей…» — нет, тут все нормально. Он не боролся за жизнь в большом городе, но имел массу идей, которые хотел претворить в жизнь.

«Половина из них была неосуществима в принципе…»

«В принципе» — не нужно.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Достаточно того, что они были неосуществимыми. Это уже констатация.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«…а из оставшейся половины до ума доводилась, в лучшем случае, треть».

«В лучшем случае» — не нужно.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

И просто «из оставшихся». Понятно, что раз одна половина, то и другая есть.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

А теперь читаем это все сначала:

«Влад был его сокурсником и лучшим другом. Киевлянин в четвертом поколении, безалаберный и шебутной, не злой, умный и по-своему целеустремленный. Его целеустремленность отличалась от Костиной. Костя был провинциалом, приехавшим завоевывать место под столичным солнцем — без связей и денег. Обширные знакомства отца и деда давали Владу повод не думать, что будет после выпуска. Место в хорошей фирме уже грелось. Он неплохо учился и иногда работал на заказ. Он не боролся за жизнь в большом городе, но имел массу идей, которые хотел претворить в жизнь. Половина из них была неосуществима, а из оставшихся до ума доводилась треть».

 

ПАВЕЛ БЕЛОВ

У меня вопрос. Там есть ремарочка про Костика. Нужна ли она, если мы его уже знаем?

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Сравнительная характеристика персонажей. Причем намеренное противопоставление.

Теперь, когда это все перепечатаем начисто, можно еще раз посмотреть уже не на уровне вычеркивания лишних слов, а с позиции усиления акцентов…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Какое-то слово заменить на более точный синоним. Но, в принципе, первый вариант – вот.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Еще пару фрагментиков?

«Ну да, кто бы спорил. Да, о санкционированной операции Шон узнал бы за три дня, и вряд ли  сообщал об этом в баре «Кратера». Конечно, Холм далеко, а местные ребята близко и, в случае чего, прикроют, но все зависело от того, кто проводил операцию. Если речь шла о седьмом отделе, то Шон, скорее всего, закрыл бы эту информацию. С «киберпсами» ссориться не любил никто».

Читаем:

«Ну да, кто бы спорил» — эта реплика проистекает из предыдущий ситуации, поэтому ее надо оставлять.

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

А следующее «да» нужно убирать…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Верно, потому что «ну да» уже было только что. «О санкционированной операции Шон узнал бы за три дня, и вряд ли  сообщал об этом в баре «Кратера».» Вот «и вряд ли сообщал об этом в баре»…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Она не очень согласованная, эта фраза, с предыдущей…

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

Можно не привязывать вообще…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Совершенно верно, нет необходимости привязки. Главное, что о «санкционированной операции он узнал бы за три дня»…

Читаем дальше.

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

Там «конечно» можно убрать…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Конечно! Слово «конечно» убирается.

«Холм далеко, а местные ребята близко и, в случае чего, прикроют…» Это нормально, и даже «в случае чего» здесь звучит…

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

А дальше точку надо ставить…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Совершенно верно! «В случае чего прикроют.» Точка! С нового предложения: «Но все зависит от того, кто проводит операцию». В настоящем времени. «Если речь шла о седьмом отделе, то Шон, скорее всего, закрыл бы эту информацию».

«Скорее всего» надо убирать. «Если речь шла о седьмом отделе, то Шон закрыл бы информацию».

«С «киберпсами» ссориться не любил никто».

«Никто» – лишнее. «С «киберпсами» ссориться не любили».

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Еще лучше: «С «киберпсами» не ссорятся». Так жестче. Есть усиление, которое здесь оправдано.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Читаю заново:

«Ну да, кто бы спорил. О санкционированной операции Шон узнал бы за три дня. Холм далеко, а местные ребята близко и, в случае чего, прикроют.  Все зависит от того, кто проводит операцию. Если речь шла о седьмом отделе, то Шон закрыл бы информацию. С «киберпсами» не ссорятся».

Хоп – и текст заиграл!

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Сразу напряжение появилось. И ритм появился.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Я к чему? Текст не безнадежен, он просто тонет в шелухе. Очисти ее – и наружу полезет и напряжение, и эмоции… «С киберпсами не ссорятся» — это одно, а «С киберпсами ссориться не любил никто» — другое.

Давайте еще один эпизод посмотрим, и на этом от Шульги отстанем.

«Союз этот казался Косте странным. Раздолбай Владик, одевавшийся всегда в вещи дорогие, но всегда неряшливо, брившийся раз в три дня и проползавший через сессию только благодаря своим способностям, но не вследствие упорной учебы и красавица-отличница Ира, являвшая собой пример стиля при том, что гардероб она подбирала на вещевых рынках или в недорогих магазинах. Полноватый сутулящийся блондин с кое-как причесанной шевелюрой и стройная длинная брюнетка с долгим спортивным прошлым.»

(смешки)

Да, когда читаешь вслух, сразу все слышно. Я сам люблю расхаживать по комнате и шевелить губами… Сейчас еще будем разбирать, но автор-то уже услышал.

«Помимо взаимной любви и, как знал от Влада Костя, регулярного и бурного секса, этих двоих связывала еще одна вещь — они оба занимались хакингом мобильных систем, начиная от безобидных разблокировок и перепрошивок девайсов, и заканчивая вполне криминальным взломом чужих счетов. Оба были «стоматологами», ломавшими через «голубой зуб».»

Это в кавычках, термин специальный. Вот это здорово. Я не знаю, что это такое, но оно создает у меня образ.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Блютус…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Да я понимаю, что такое «блютус», но слово «стоматологи» в таком контексте мне не известно…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

И сразу понятно, откуда пошли «стоматологи». Жаргон пошел, нормально.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Но если Влад делал это из чистого фана, то Гренка зарабатывала себе этим на жизнь. Она, как и Костя, была неместной, приехав из Чернигова завоевывать столицу».

Итак, смотрим с самого начала.

«Союз этот казался Косте странным». Нормально. «Раздолбай Владик…»

 

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

«Неряшливо одевавшийся в дорогие вещи…»

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Нет, зачем? Мы пока просто сокращаем, не перестраиваем предложения. Только убираем шелуху, потом перестроим.

«..одевавшийся всегда в вещи дорогие…» Слово «всегда» — лишнее. «…одевавшийся в вещи дорогие…» А потом мы видим, что «вещи» тут тоже не нужны. «…одевавшийся дорого, но всегда неряшливо…» «Всегда» — опять улетело. «..дорого, но неряшливо, брившийся раз в три дня…» Это нормально. «…и проползавший через сессию только благодаря своим способностям, но не вследствие упорной учебы». Я бы все это выкинул к чертовой матери. Потому что слово «раздолбай» уже охарактеризовало героя. Все его сессии сокращаются…

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

Можно будет кое-что другое дописать…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Конечно. Можно дать еще одну деталь, но хорошую. «… брившийся раз в три дня —  и красавица-отличница Ира…» Тире вставляем – противопоставление персонажей, поэтому мы их разделяем через тире.

«…и красавица-отличница Ира…» Это нормально. «Красавица-отличница» дает характеристику. «…являвшая собой пример стиля…» Вот это уже…

 

НИНА ЦЮРУПА

«Красавица-отличница, пример стиля»?

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Нет… «Стильная»! Одно слово заменяет сразу всю эту кучу. «…и стильная красавица-отличница Ира, подбиравшая  гардероб…». Это вместо «при том, что гардероб она подбирала…». Упрощаем, да? Хотя это тоже коряво, но после подумаем. «…подбиравшая гардероб на вещевых рынках или в недорогих магазинах.» Вот тут надо что-то убрать, лишнее. Оставить только «на вещевых рынках».

 

НИНА ЦЮРУПА

Может лучше «одевавшаяся»?

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Может быть… Но «недорогие магазины» лучше убрать… «Вещевые рынки» — образ ярче. Когда она там толкается, туда-сюда. А магазин – ну что магазин? Не интересно.

 

ГОЛС ИЗ ЗАЛА, женский

А может, лучше «на распродажах»?

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

О! «…подбиравшая гардероб на распродажах». Все, достаточно.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Концентрированнее, сильнее и точнее.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Полноватый сутулящийся блондин…» Длинная характеристика. Нужно что-то убрать. Либо «Полноватый блондин» или «сутулый блондин». «Полноватый» лучше, пожалуй. «Полноватый блондин с кое-как причесанной шевелюрой…» Вот с этим надо что-то делать.

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

С «непричесанной шевелюрой»?

 

НИНА ЦЮРУПА

Да не надо этого вообще, уже было про то, что он небрежен.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Да, выше уже говорили, что он бреется раз в три дня, так что можно и не комментировать. «Полноватый блондин и стройная длинная брюнетка с долгим спортивным прошлым».

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

«Стройная» оставить, а «длинная» убрать.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

А я бы даже сказал «и спортивная брюнетка».

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Если она спортивная, то уже не может быть не стройной…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Если она не метатель молота, конечно… «и спортивная брюнетка».

«Помимо взаимной любви и, как знал от Влада Костя, регулярного и бурного секса». «Как знал от Влада Костя» — вообще не нужно. «Помимо любви…» «Взаимной» в этом случае – деталь лишняя. «…и регулярного бурного секса…». «Регулярного» — не нужно. «Регулярный» — это хорошо, когда им лет по шестьдесят, а в этом возрасте – у всех регулярный. «…и бурного секса этих двоих…» Тяжело. Лучше – «их».

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Потому что ни о каких других парах речь не идет, так что – понятно.

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

И «еще одна вещь» не надо. «Их связывало еще одно»…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Да, наверное, лучше. «Их связывало еще одно — они оба занимались…» «Они» — уходит. «…оба занимались хакингом мобильных систем, начиная от безобидных разблокировок и перепрошивок девайсов…»

Тут надо оставить что-то одно, не надо много определений.

«…и заканчивая вполне криминальным взломом чужих счетов».

 

СТАНИСЛАВ ШУЛЬГА

«Вполне» — лишнее…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Совершенно верно. «Оба были «стоматологами», ломавшими через «голубой зуб».»

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Тут не надо ничего править, все в порядке.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Но если Влад делал это из чистого фана, то Гренка зарабатывала себе этим на жизнь».

Слово «себе» — лишнее. Понятно, что себе.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

А не кому-то. Вряд ли она кому-то, кроме себя, зарабатывала.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Она, как и Костя, была неместной, приехав из Чернигова завоевывать столицу».

Я бы переставил: «Как и Костя, она…» Так легче читать. «Как и Костя, она приехала…» И понятно тогда, почему пашет. То, что она не местная, уже прозвучит: она приехала из Чернигова.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Единственное что – Костя не приехал из Чернигова. Потому что тогда получается: «Как и Костя, она приехала из Чернигова». А Костя – не из Чернигова. И здесь двусмысленность получается.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«…приехала из провинции».

Читаем заново и смотрим, что получилось:

«Союз этот казался Косте странным. Раздолбай Владик, одевавшийся дорого, но неряшливо, брившийся раз в три дня — и стильная красавица-отличница Ира, подбиравшая гардероб на распродажах. Полноватый блондин и спортивная брюнетка. Помимо любви и бурного секса, их связывало еще одно — оба занимались хакингом мобильных систем, начиная от безобидных разблокировок и заканчивая криминальным взломом чужих счетов. Оба были «стоматологами», ломавшими через «голубой зуб». Но если Влад делал это из чистого фана, то Гренка зарабатывала этим на жизнь. Как и Костя, она приехала из провинции завоевывать столицу».

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

И еще одна мелкая правка – «делал это» и «зарабатывала этим»… «Если Влад делал это из чистого фана, то Гренка так зарабатывала на жизнь».

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«…то Гренка так зарабатывала на жизнь».

Здесь еще осталось, что поправить. И можно предложения перестроить. Это уже следующий этапчик.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Например, вместо деепричастий предложения можно перевести в настоящее время и перестроить на глаголы. Но это уже следующий этап.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Здесь речь была только о том, как убирать лишние слова. Шелуху. Вся остальная редактура строится по-другому, по другим принципам, по другой технологии. Но когда сейчас об этом поговорили, то я уверен, что у автора появляется «глаз», он начинает видеть лишние слова. Особенно все эти «впрочем», «так сказать», «конечно»…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

«Отчасти», «немного».

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Можно было бы привести еще один пример. В «Темных тварях» было. Сейчас я найду какой-нибудь характерный эпизодик. Здесь слова, в принципе, правильные. Но их слишком много, особенно прилагательных. И они загромождают конструкцию предложения. Здесь будет сложнее. Потому что чистить шелуху достаточно просто.

Читаю:

«Так он прошел двенадцать ярусов, спустившись к самому основанию огромного «улья». Здесь на самом дне башни было столько места, что можно было устроить целое футбольное поле. Воздух был намного прохладнее и чище, чем наверху, хоть и немного отдавал сыростью. В центре нижнего яруса стояла огромная скульптурная композиция, примерно в пять человеческих ростов. Это люди, понял Ник, выхватывая лучом фонарика из темноты отдельные части тела. Мужчина стоял немного впереди, закрывая собой женщину. Она протягивала к нему руку, пытаясь вырваться из скалы. Другой рукой женщина поддерживала ребенка, примостившегося у нее на бедре. Мужчина и женщина были измучены и удивленно озирались вокруг. Ребенок  радостно улыбался и тянул ручку к прекрасному дереву, склонившему ветки под тяжестью плодов».

Вроде – красота, все понятно. Но начинаем разбирать.

«Так он прошел двенадцать ярусов, спустившись к самому основанию огромного «улья».

Какое слово лишнее?

 

АРИНА ТРОЙ

К «самому»…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Безусловно. Какие все умные становятся! Как приятно! Просто «к основанию», основание не бывает «не самым».

 

АРИНА ТРОЙ

А может лучше «и спустившись»?

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Может быть. Но я бы в это, как редактор, не полез бы. Это как авторы захотят. Тем более, там дальше будет «и», «и», «и». Я бы не рискнул здесь еще одно добавить.

«Здесь на самом дне башни было столько места, что можно было устроить целое футбольное поле».

И мы сразу видим два «было» подряд.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

И опять же «самое».

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

И опять же – «самое»! И главное – «здесь». Понятно, что «здесь», другого места нету. Убираем… Значит «На дне башни…»

 

ГОЛОС ИЗ ЗАЛА

А надо ли там слово «целое»?

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Сейчас доберемся.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«На дне башни было столько места, что можно было устроить целое футбольное поле».

«Что хватило бы на футбольное…»

Читаем дальше.

«Воздух был намного прохладнее и чище»… «Намного» — не надо. Слово «был» мы здесь быстро не уберем, хотя оно, конечно, уже раздражает.

«Воздух был прозрачнее и чище, чем наверху, хоть и немного отдавал сыростью».

«Немного» — не нужно.

«В центре нижнего яруса стояла огромная скульптурная композиция» — отлично.

 

ГОЛОС ИЗ ЗАЛА

Может, просто «скульптура»?

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Зачем? У них именно – «композиция».

«…примерно в пять человеческих ростов»

Вступает в противоречие: «огромная» и «в пять ростов» — это одного порядка определения.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Это не противоречие, а именно повтор. Если она в пять ростов – то уж наверное, не маленькая.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Поэтому оставить либо «огромная», либо «в пять ростов».

 

МАРИНА АРТЛЕГИС, АРИНА ТРОЙ

Лучше «в пять ростов»…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

«В пять ростов» — это и красивее, и точнее дает размер.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«…примерно в пять человеческих ростов»… Вот так ли важно — точно или примерно в пять ростов?

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Он что, замерял ее с линейкой?

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Мы оставляем: «…скульптурная композиция в пять человеческих ростов. Это люди, понял Ник…» Тут мы оставляем на усмотрение авторов догадливость персонажа. «…выхватывая лучом фонарика из темноты отдельные части тела».

 

ИВАН ЛОМАКА (?)

Мне кажется, что все это предложение лишнее, потому что дальше будет видно, что это люди.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Вот оценочный момент Ника вообще никому и не нужен.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

То, что это люди, выясняется из следующей фразы. Зачем это предварять? Тут такая загадочная картина, «луч выхватывает части тела», а потом дается картинка. Чтоб вначале дать минимальную загадку читателю, а потом ее разгадать.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Про Ника с его фонариком вычеркиваем.

И потом, авторы настолько подробно описывают всю композицию, что лучом фонарика это все невозможно выхватить.

 

ГОЛОС ИЗ ЗАЛА

А может, начать с какой-то фигуры? «Луч фонарика выхватил…» — и начать с первой фигуры.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Может быть. В общем, «луч фонарика» мы пока оставим на усмотрение авторов. Они, если захотят, его куда-нибудь потом вставят. Но у меня такое ощущение, что он видит все и подробно. Там все детально описано. Из частей он не сложит этой картины.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Если хотя бы отдельные фигуры, то из них можно сложить, а если только «части тела», то это абстрактно получается.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Продолжаем:

«Мужчина стоял немного впереди, закрывая собой женщину».

Что мы вычеркиваем?

 

АРИНА ТРОЙ

«Немного…»

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Однозначно.

 

НИНА ЦЮРУПА

И «впереди» — если он закрывает собой женщину, то ясно, что он впереди.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Мужчина стоял, закрывая собой женщину». И всем понятно, что впереди.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Не сзади же он ее закрывал.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Мужчина стоял, закрывая собой женщину» — тут уже характер полез наружу! Не просто впереди, да еще немного… Немного – это на всякий случай, чтобы убежать назад?

«Она протягивала к нему руку, пытаясь вырваться из скалы».

«К нему» — точно не надо. «Она протягивала руку, пытаясь вырваться из скалы»

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Можно еще точнее дать – «тянула руку».

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Она тянула руку, пытаясь вырваться из скалы. Другой рукой…» Повтор, ну да ладно. Это допустимо. «Другой рукой женщина поддерживала ребенка, примостившегося у нее на бедре».

Вот это «примостившегося на бедре» меня начинает смущать. Одного меня?

 

НИНА ЦЮРУПА

Нет. Это как-то странно. Если она его держит, то он не «примостился», никак.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Я представляю, как это может быть… Если просто «примостился» — то это ребенок сделал сам. А тут – она его держала. Может просто «Другой рукой женщина поддерживала ребенка, сидящего у нее на бедре»? Она его поддерживает, а он сидит на бедре. Тогда мы уже понимаем… Хорошо.

«Мужчина и женщина были измучены и удивленно озирались вокруг». Я бы оставил «измучены», потому что это характеристика… Но скульптура не может озираться… Это описание их положения…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Но какой-то поворот головы, в принципе, может это давать…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Это можно поймать в движении.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Какой-то поворот головы – вот посмотрел и застыл…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

В принципе, сложная картинка, но в целом – я допускаю. Оставим это на усмотрение авторов. Но все-таки, есть сомнения, как статуя озирается.

«Ребенок  радостно улыбался…»

Избегайте слишком часто использовать такие словосочетания: «удивленно озирались», «радостно улыбался»… Постоянные наречия. Ребенок просто улыбался. Вы представляете: ребенок грустно улыбался, саркастически улыбался? Нет?

(хохот)

«…и тянул ручку к прекрасному дереву…»

У нас только что была одна рука у женщины, вторая рука у женщины… Поэтому «и тянулся к прекрасному дереву». Кстати, «прекрасное» надо бы убрать.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Как там дальше, прочитай.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«…к прекрасному дереву, склонившему ветки под тяжестью плодов».

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Если у него так много плодов – вряд ли оно корявое и отвратительное.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

То, что есть плоды, нам показывает богатство и прелесть дерева…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

И раз он к нему тянулся – то явно не к гадости какой-то.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Читаем заново. Результат:

«Так он прошел двенадцать ярусов, спустившись к основанию огромного «улья». На дне башни было столько места, что хватило бы на футбольное поле. Воздух был прохладнее и чище, чем наверху, хоть и отдавал сыростью. В центре нижнего яруса стояла скульптурная композиция в пять человеческих ростов. Мужчина стоял…» Два раза «стоял» получается. Ладно, запомним.

«Мужчина стоял, закрывая собой женщину». Так! «Мужчина закрывал собой женщину».

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Вряд ли он ее лежа или сидя закрывал.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Мужчина закрывал собой женщину, она тянула руку, пытаясь вырваться из скалы. Другой рукой женщина поддерживала ребенка, сидящего у нее на бедре. Измученные, они удивленно озирались вокруг. Ребенок улыбался и тянулся к дереву, склонившему ветки под тяжестью плодов».

 

ГОЛОС ИЗ ЗАЛА

«Тянула» и «тянулся»…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Да. Есть такое. Хотя текст сразу стал жестче, картинка — ярче.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Это можно потом дочистить, еще пару повторчиков убрать, но это технические моменты.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Еще один фрагментик?

«Очень нужно лезть в какое-то дурацкое подземелье. Делать ему, что ли, больше нечего? Лучше попытаться забраться на стену, посмотреть что там, за ней. Ник прислушался к звукам снаружи, едва доносящимся сквозь несколько слоев кирпичей. Ветер, гудевший много дней и ночей, вроде стих. Можно отправляться на прогулку по городу, а не сидеть приклеенным к дурацкому памятнику в этой избе-читальне».

Хороший абзац. Очень показательный. Хотя опять же – в нем картинка есть, и настроение есть. Тащим лишнее за уши.

«Очень нужно лезть в какое-то дурацкое подземелье». Надо оставлять «какое-то»?

 

ГОЛОСА ИЗ ЗАЛА

Нет…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Надо! «Очень нужно лезть в дурацкое подземелье» — да. Но это говорит подросток: «Очень мне нужно лезть в какое-то дурацкое подземелье». Я даже слышу эту интонацию: подростковую, противную.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Это интонация внутренней речи. А во-вторых, еще один момент. Он в этом подземелье не был. И «какое-то» еще и означает, что оно незнакомое. Неизвестно какое. Он заранее знает, что оно будет дурацкое, но еще не знает, какое.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Вроде бы, шелуха, но она дает характеристику. Особенно – подростка. Следующая фраза:

«Делать ему, что ли, больше нечего?»

«Делать ему больше нечего?», а «что ли» — не надо. И даже не вопрос, а восклицательный знак. «Делать ему больше нечего!»

 

ГОЛОС ИЗ ЗАЛА

Может и «ему» убрать? «Делать больше нечего!»

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Не знаю. Я бы оставил. Тут вроде авторский текст, но идет через персонажа. Дальше:

«Лучше попытаться забраться на стену, посмотреть что там, за ней».

«Попытаться» — точно не надо.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Лучше – «забраться». Если он хочет «попытаться», то наверняка думает, что попытка увенчается успехом. Иначе бы даже и не пробовал.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Лучше забраться на стену, посмотреть, что там, за ней…»

«Что там» — не надо. «Посмотреть, что за ней». Понятно, что «там», а не «тут».

«Ник прислушался к звукам снаружи, едва доносящимся сквозь несколько слоев кирпичей».

«Ник прислушался к звукам снаружи» — вроде бы нормально…

 

ГОЛОСА ИЗ ЗАЛА

А может лучше «прислушался к звукам, доносящимся сквозь несколько слоев кирпичей?»

 

ГОЛОСА ИЗ ЗАЛА

А может лучше «сквозь стены»?

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Нет, «стена» уже была раньше. Вообще, «слои кирпичей» — в этом что-то есть. Хотя сколько там слоев – он не знает.

 

ГОЛОСА ИЗ ЗАЛА

Может «сквозь толщу кирпичей»?

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Отлично. Сразу образ появился.

«Ветер, гудевший много дней и ночей, вроде стих». «Вроде» — точно не нужно.

 

АРИНА ТРОЙ, МАРИНА АРТЛЕГИС

А почему не нужно? Он же не знает точно… Вроде по звукам стих…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Хорошо. Авторы лучше знают. Аргумент понятен.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

То есть, он еще не уверен в этом.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

«Можно отправляться на прогулку по городу…»

 

ГОЛОСА ИЗ ЗАЛА

Может лучше «прогуляться»?

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Может. Но «отправляться на прогулку по городу…»  — это нормальный оборот. «…а не сидеть приклеенным к дурацкому памятнику в этой избе-читальне». Там раньше было «дурацкое подземелье». Поэтому от памятника «дурацкий» нужно убрать. «…памятнику в этой избе читальне». Поскольку там «изб-читален» не так уж много, «этой» можно убрать.

Читаем снова:

«Очень нужно лезть в какое-то дурацкое подземелье. Делать ему больше нечего! Лучше забраться на стену, посмотреть, что за ней. Ник прислушался к звукам, доносящимся сквозь толщу кирпича. Ветер, гудевший много дней и ночей, вроде стих. Можно отправляться на прогулку, а не сидеть приклеенным к памятнику в избе-читальне».

 

ГОЛОС ИЗ ЗАЛА

Лучше не «отправлять на прогулку», а «отправиться на прогулку».

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Но это совсем уже мелкие нюансы. Не думаю, что они так сильно принципиальны.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Собственно, весь ваш текст должен подвергаться такой злостной вивисекции. Лишние слова, шелуха, все эти вводные «так сказать», «действительно», «вроде»… Сразу текст сокращается, и, главное, из всей этой ерунды начинает проступать картинка. А так она тонет в шелухе.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Размазывает картинку, ключевые характеристики… Известный образ: внутри куска мрамора заключена прекрасная статуя, главное — отсечь лишнее. Вот вы часть лишнего отсекли – статуя уже проступила. Надо доотсечь оставшееся, чтоб она стала совсем правильная. Где-то отсечь, где-то – дошлифовать.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Когда не видишь шелухи, когда написал весь роман целиком, а потом садишься редактировать – все, провал! Нельзя написать книгу – двенадцать, пятнадцать авторских листов, иногда двадцать – а потом заняться первым редактированием.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Если это, скажем, повесть на пять листов – еще допустимо. А вот все, что больше…

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Почему? Глаз замыливается окончательно. И вы видите не результат, а идеальный вариант у себя в голове. Вы просто не замечаете проколов. Ребенок уже родился, и ему поздно формировать ряд частей тела.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Более того, когда вы поставили последнюю точку, вы текст воспринимаете, как законченное произведение, которое если в чем и нуждается, то это, грубо говоря, пыль смахнуть, а не рубанком пройти. Я ж закончил работу! Я ж точку поставил! Я все понимаю, но это так, умозрительно. А пока работа не окончена, пока она в процессе, стимул к переделкам значительно сильнее.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Да, рутина. Да, не хочется ею заниматься.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Стимулы другие получаются. Чисто психологическое отношение к собственному тексту в процессе написания и после окончания – разное.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Особенно при работе над большим текстом.

Во время работы мы редактируем фрагменты. Пишем и редактируем. Стилистическая обработка каждого эпизода. Смотрим — половина уже написана. Планируется, скажем, пятнадцать авторских листов, а семь-восемь готовы. В этот момент мы волевым усилием прекращаем работу над дальнейшим написанием текста. И садимся на недельку его редактировать.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Распечатываем текст на бумаге, потому что с компьютера мы уже правили ковырнадцать раз. Каждый из нас, когда писал свой кусок, постоянно его переделывал, чистил, возвращался по нескольку раз, потом возвращался туда еще и соавтор. Первичная редактура, и достаточно плотная, уже была.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Но распечатка редактируется еще более плотно.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Обоими по очереди.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Мы в данном случае не вникаем в сюжет и в композицию. Тупая редакторская правка. На половине текста. После чего текст распечатывается заново.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Потому что там слишком много помарок. Все они вносятся в машину – и текст заново распечатывается.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

После этого мы пишем дальше до конца. Но! Во-первых, уже опять «глаз» появился. После этой редакторской правки вновь возникает редакторское зрение. Ты уже пишешь – и помнишь, что слово «явно» не нужно…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Я его там десять раз правил, убирал — значит, здесь я его или сразу не допущу, или при первой же вычитке выловлю.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

И пишешь до конца уже с наработкой инструментария. Когда все заканчивается, идет финальная вычитка-редактура. Но лучше ее делать не сразу.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Сильно надолго тоже не стоит откладывать.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Но минимум дней десять надо отдохнуть. Пока глаз не отойдет от текста. И потом, когда читаешь после перерыва, думаешь: как же я этого всего не видел раньше!

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Конечно, так писать получается значительно медленнее, чем «раз — и все написал». Как автор полагает – начисто.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

И редактору отдал – пусть правит.

 

ГОЛОС ИЗ ЗАЛА, женский

Я просто хотела узнать… Вот вы сказали, что вы закончили, и через десять дней правите – вот эту вторую половину?

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Все!

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Все с самого начала опять! В этот момент ты уже просто ненавидишь первую половину книги.

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Вторую мы обычно правим сразу, как ее закончили, а потом откладываем все вместе начисто распечатанное. И проходимся по всему от начала до конца, каждый по разу, иногда – по два, но по разу – минимум.

Кстати, у нас тоже есть правки на сокращение. От слова и фразы до эпизода. Как правило, больших эпизодов лишних мы у себя не находим, но слово, оборот, фразочку, иногда даже абзац – лишнее находим и убираем.

 

ГОЛОС ИЗ ЗАЛА, женский

Только убираете или что-то вписываете?

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

Скажем так – значительно больше убираем, чем вписываем. Мы можем что-то заменить: слово или оборот на другой, фразу на другую. А дописывать… Бывают, конечно, редкие случаи, когда мы забыли что-то упомянуть в тексте. Вот, как раз, кстати, когда роман «Внук Персея» писали, там был такой момент: у нас в планах имелось, но забыли в книгу вставить две реплики, которые объясняют один момент. Они и в голове были, и в планах. Но пропустили. Нашли это место – и вписали две реплики.

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Почему мы редко вписываем? Потому что кроме плана – а у нас обычно есть поэпизодник, он схематичный, но достаточно точный — у нас есть раздельчик, который мы в начале плана выводим жирным шрифтом – хвосты: «Не забыть сказать, что…», «Не забыть проставить акцентик…», «Не забыть провести параллель…» Это вторичные ряды, и о них забываешь во время работы…

 

ДМИТРИЙ   ГРОМОВ

«Не потерять персонажа, он второстепенный, но должен появиться там-то и там-то».

 

ОЛЕГ   ЛАДЫЖЕНСКИЙ

Это стоит не в плане, а отдельным пунктом в начале файла.